этнолингвистика

Введение


Этнолингвистика - наука на стыке этнографии и лингвистики, изучающая взаимоотношение между этносом и языком во всем многообразии. В предметной области пересекается с такими отраслями гуманитарного знания, как социолингвистика, психолингвистика, паралингвистика, этнология, этнография общения, фольклористика, мифология, поэтика. Подобная междисциплинарность рождает ряд проблем, решением которых заняты современные лингвисты.
Актуальность данной работы заключается в реферировании существующих источников теоретических знаний, так как особый интерес к данной науке породил значительное расхождение в понимании. Соответственно, новизна работы заключается в рассмотрении общих проблемных вопросов этнолингвистики.
Предметом исследования является этнолингвистика как наука, в то время как в качестве предмета следует рассматривать её проблемные вопросы и места расхождения взглядов и знаний на неё.
Термин «этнолингвистика» появился в сороковых годах прошлого века и вначале был неотрывен от имен американских антрополога Франца Боаса и лингвиста Эдварда Сепира, хотя они не первыми обратились к анализу взаимоотношений между этносом, культурой и языком .
Этнолингвистика уже как научное направление, находящееся на границе между лингвистикой и этнологией, зародилась в начале 20 века в Америке. Однако её истоки подходов можно найти трудах Гердера и В. Гумбольдта, а также, если говорить о работах отечественных лингвистов, то необходимо упомянуть Ф. Буслаева, А. Афанасьева и А. Потебни. Кроме того, среди родоначальников этнолингвистического подхода выделяют Малиновского. Предвосхищение концепции языкового релятивизма, которое достаточно близко гипотезе Сепира-Уорфа, находят у Дюркгейма, идеи которого были применены в этнологии, к примеру, Моссом. И все же начало этнолингвитики традиционно связывают с именем Боаса, совершившего теоретико-методологический переворот в этнологии. Так, он признавал общую бессознательную природу языковых процессов и культурных категорий и явлений, полагая, что вторые иногда подвергаются вторичной рационализации, затрудняющей изучение процесса их образования.
Предпосылки этнолингвистичеких подходов, имевшиеся в трудах Боаса, были развиты в теоретических работах Сепира, его ученика. В разные периоды своей деятельности Сепир занимал различные позиции относительно отношений «язык-культура». Например, в знаменитом трактате «Язык» он отделяет язык и культуру, определяя последнюю как социально унаследованную совокупность практик и верований, детерминирующую структуру повседневной жизни индивида. Культуру он рассматривает как то, что общество делает, и то, о чем оно думает, в то время как язык равен тому совокупному искусству мышления - источнику сведений о том, «как» именно общество мыслит. Тем не менее, Сепир не устанавливает между ними причинно-следственной связи. Позднее его точка зрения меняется, высказывается то, что впоследствии станет гипотезой Сепира-Уорфа, языкового релятивизма .
Ученик Сепира Уорф сделал более однозначными его взгляды. Наибольшую известность среди его выводов, сделанных на базе сопоставления индейских и европейских языков, получил тезис о полном определении языком человеческого познания мира. Так, люди, говорящие на принципиально различных по грамматическому строю языках, видят мир абсолютно по-разному .
С другой стороны, американские последователи Боаса и Уорфа - Хойджер, Ли, Клакхон и некоторые другие - составили «радикальную» версию этнолингвитики . Сущность подхода выражена в следующем суждении Клакхона: «С антропологической точки зрения существует столько же разных миров на земле, сколько есть языков» . Ли соглашается с данной точкой зрения: «Член данного общества не только кодифицирует чувственно воспринимаемую действительность при помощи использования языка и характерного для его культуры поведения, соотнесенного с образцами, но он только тогда в состоянии понять действительность, когда она представлена ему посредством этого кода».
В противовес подобному радикальному подходу в этнолингвитики существовала и умеренная версия, к сторонникам которой можно отнести Сепира и большинство более поздних этнолингвистов, принимавших упомянутый тезис о языке как путеводителе в социальной действительности. Язык понимался ими как наиболее красноречивая иллюстрация того, каким образом определённая система образов (грамматических) определяет способы постижения природного и социального мира, тип человеческого мышления.
Исследователи старались найти параллели в оформлении мыслительных процессов носителей конкретной культуры и установленных систем в рамках используемого языка, а далее - отражение обнаруженных способов концептуализации мира в культурно значимой деятельности. Итогом обыкновенно становилось описание обусловленного характером языка «образа» выбранной культуры или отдельных сфер культуры. Несопоставимость семантики культурных концептов разных традиций объяснялась различностью соответствующих языковых коммуникатов. Последние определяют, с точки зрения этнолингвистов, основания семантики (понятия, суждения), которыми оформляются внеязыковые сферы культуры.
Содержание культурных коммуникаций изначально неявно, скрыто содержится в «шаблонах речи», позже получивших название языковых стереотипов. В то же время образ мира носителей конкретной культуры сводится к языку, диктату которого они, так или иначе, бессознательно подчиняются. Наиболее умеренная версия представлена другим учеником Боаса – Крёбером , считавшим, что не существует однозначных соответствий и зависимостей между языками и их культурами. Тем не менее, согласно его учениям, язык понимается как «своего рода предварит, условие возникновения культуры» .
Значительно позднее, уже на рубеже 40-50 годов в серии совместных работ проблему отношений языка и культуры рассмотрели такие выдающиеся лингвисты-исследователи, как Ч.Ф. Вёглин и Харрис. Они постулировали тесные связи между двумя обозначенными выше сферами. Следуя их мысли, язык следует понимать как часть культуры, вследствие этого речевую деятельность и невербальное поведение необходимо изучать вместе, так как их совокупность представляет собой «этнолингвистическую ситуацию». Более подробно о школах и различных подходах к изучению этнолингвистики будет рассмотрен далее в первой главе.
Если говорить о практической ценности лингвистического анализа для авторов, то следует отметить, что он является не только инструментом для получения нужных сведений, но и предметом исследования, одним из источников знаний о культуре, пользующейся данным языком. Так, исходя из данного положения, можно говорить о современной практической ценности, которая также обосновывает причину интереса в данном исследовании .
Целью данной работы является ознакомление с этнолингвистикой как наукой. Исходя из обозначенной цели, следует выдвинуть следующие задачи:
- определить место этнолингвистики в системе лингвистических дисциплин;
- рассмотреть базовые понятия этнолингвистики;
- изучить основные этапы развития этнолингвистики;
- рассмотреть этнолингвистику как систему представлений о языке как активно действующей части культуры, отражающей сферы деятельности человека;
- изучить основные методы, положения и задачи этнолингвистики.
В качестве метода исследования был выбрано реферирование существующих источников, содержащих проверенную информацию. Результаты данного исследования могут быть полезны для студентов-гуманитариев, в частности, изучающих лингвистику и этнолингвистику.
Цель и задачи исследования определили его структуру. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, а также библиографического списка. Общий объём курсовой составляет 26 страниц.

Содержание


Введение 3
1 Этнолингвистика как наука 8
1.1 История развития этнолингвистики в 40-80-ее годы 8
1.2 Этнолингвистика с 90-х годов 11
2 Славянская этнолингвистика 17
Заключение 22
Список использованной литературы 24

Заключение


Таким образом, зародившись в середине прошлого века в трудах В. фон Гумбольдта, этнолингвистика в настоящее время получила новый импульс к развитию. Обращение к истории развития данного важнейшего направления лингвистики позволяет изучить становление науки, стоящей на стыке лингвистики, культурологии и этнологии. У её истоков стояли В. фон Гумбольдт, А.А. Потебня, И. А. Бодуэн де Куртене, важную роль сыграли разработки и идеи таких лингвистов, как И.А. Мельчука, Ю.Д. Апресяна, А.К. Жолтовского и многих других. Значительное внимание уделяется гипотезе лингвистической относительности Сепира-Уорфа.
Этнолингвистика задаёт два ключевых вопроса, ставя целью поиск наиболее полных и точных ответов на них:
1) Как и с помощью каких средств и форм в языке находят отражение культурные представления народа, говорящего на конкретно взятом языке?
2) Каковы формы и средства общения (языкового), которые являются специфическими для конкретно взятой этнической или же социальной группы?
В этнолингвистике несомненная роль языка в мышлении, познании, поведении, а также мировоззрении. Так, исследовались различные аспекты национально-культурной специфики языка как в общетеоретическом плане, в том числе с критикой концепций Гумбольдта и гипотезы Сепира-Уорфа, так и в конкретных исследованиях, посвящённых национально-культурным особенностям в области лексики и идиоматики.
На фоне общего распространения семиотических идей богатый арсенал лингвистических методов стал, как предсказывал де Соссюр, переноситься на исследования прочих областей народной духовной культуры. В отечественной этнолингвистике значительным является внос Толстых. Так, созданный ими словарь «Славянские древности» стал воплощением целой системы идей, а статьи, ввошедшие в него, тематически и содержательно охватывают практически все ключевые слои традиционной духовной культуры славянских народов. Как утверждали сами авторы, данный словарь подвёл итог более чем вековому изучению славянского фольклора, мифологии, этнографии и народного искусства. Его значение настолько велико, что по происшествии лет многие лингвисты по-прежнему обращаются к нему как к источнику знаний, которому следует доверять.

Список использованной литературы


1. Альпатов В.М. История лингвистических учений. – М., 2001. – С. 203-206.
2. Блэк М. Лингвистическая относительность (Теоретические воззрения Бенджамена Л. Уорфа)
3. Вестник ВГУ. Этнолингвистический анализ поэтического произведения П.-Ж. Беранже и его переводов на русский и английский языки / З.В. Сидоровская / Ярославль, 2008. – С. 108.
4. Ворокова Н.У. История этнолингвистики / Н.У. Ворокова / Нальчик, 2002. – С. 24-30.
5. Герд А.С. Введение в этнолингвистику / А.С. Герд / СПб., 2001. – С. 192.
6. Герд А.С. Введение в этнолингвистику: Учеб. пособие / А.С. Герд / СПб., 1995. – С. 83.
7. Единицы языка // Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В.Н. Ярцевой / М.: Советская энциклопедия, 1990. – С. 372.
8. Звегинцев В. А. Теоретико-лингвистические предпосылки гипотезы Сепира-Уорфа // Новое в лингвистике. - № 1.
9. Иваницкий В. В., Пименова М. В. Американская лингвистика: учебное пособие / В.В. Иваницкий, М.В. Пименова. – Кемерово:, 1996. – С. 108.
10. Звегинцев В.А. Предисловие // Хомский Н. Язык и мышление / М., 1972. – С. 12-23.
11. Кабакова Г.И. Французская этнолингвистика: проблематика и методология // Вопросы языкознания. – 1993. - № 6.
12. Кибрик А.Е. Э. Сепир и современное языкознание // Сепир Э. Избранные труды по языкознанию и культурологии. - М., 1993. – С. 21.
13. Культурология. XX век. Этнолингвистика / А.В. Юдин / М., 2000. – С. 409.
14. Левит С. Культурология / С. Левит / М., 1998. – С. 330-339.
15. Лингвистический энциклопедический словарь. Этнолингвистика / А.М. Кузнецов / http://tapemark.narod.ru/les/597b.html
16. Маслова В. А. Лингвокультурология: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений / В.А. Маслова / М., 2001. – С. 35.
17. Рогозин В.В. Антропология. – М.: Академия, 2004. – С. 118.
18. Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира / Отв. ред. Б.А. Серебрянников / М., 1993. – С. 197.
19. Сафьянова М.А. Традиционный русский быт в языковой картине мира (дис.) / М.А. Сафьянова / Тюмень, 2014. – С. 15-17.
20. Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическом аспектах: сб. ст. участников IV междунар. науч. конф., 25-26 апр. 2008 г., Челябинск. Философско-методологические основы интерпретации проблемы «язык-мышление» в Американской этнолингвистике / Л.В. Стецюра / Челябинск, 2008. - С. 230-235.
21. Толстой Н.И. Избранные труды: славянская лексикология и семасиология / Н.И. Толстой / Т. 1. - М.: Слово, 1997. – С. 318.
22. Толстой Н.И. О предмете этнолингвистики и ее роли в изучении языка и этноса // Ареальные исследования в языкознании и этнографии (язык и этнос) / Н.И. Толстой. - Л., 1983. – С. 182.
23. Толстой, Н.И. О словаре «Славянские древности» / Н.И. Толстой, С.М. Толстая // Славянские древности. Этнолингвистический словарь / Под ред. Н.И. Толстого. - Т.1. А – Г. - М., 1995. - С. 5-14.
24. Толстой Н.И. Язык и народная культура. Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике / Н.И. Толстой / М., 1995. – С. 8-14.
25. Толстые Н. И. и С. М. Принципы, задачи и возможности составления этнолингвистического словаря славянских древностей // Славянское языкознание. IX Международный съезд славистов. Докл. сов. делегации. - М., 1983. – С. 111-112.
26. Хаймз Д.Х. Общение как этнолингвистич. проблема (Осн. направления в амер. этнолингвистике) // Вопр. языкознания. - 1965. - № 2.
27. Языковая система и социокультурный контекст. – Спб., 1987. – С. 203-218.